Category: литература

Будни билингва, или "кормить укроп"

Сидит мой ребенок на горшке (пока я в отпуске, пытаюсь отучить ее от подгузников). Как могу развлекаю ее там. Читаю книжки. Она меня останавливает и говорит:
-Матадил!
-....?
-Матадил!
-Матадил? Читать про мотоцикл?
- Нет. Матадил! матадил-матадил-матадил!!!
Я не догоняю. Матадил, мат адил, мата дил, mata dill = Кормить укроп.
- Кормить укроп?- спрашиваю.
Теперь уже дочь смотрит на меня странно:
-... Мама, ситать Матадил!
Несу стопку книг из спальни. Дочь перебирает, достает Мойдодыра и радостно кричит:
-Матадил!

После пары повторений матадил превратился в Мойдадыла. Что уже, конечно, ближе к правде.

"Или между нами что-то есть, или вы кот, или не прикасайтесь ко мне, пожалуйста" (с)


Вова Павлов был худощавым молодым человеком, с маленьким подбородком и черной, не по возрасту густой, щетиной. Как бы Вова не выбривал нижнюю часть лица перед походом в университет, уже ко второй паре на нижней челюсти пробивалась синева волос. Вова носил рубашки и брюки, что в 2000х казалось нам уже странным, но все еще приемлемым. Он более или менее прилично учился, редко встревал в разговоры на переменках и имел одного единственного друга, дай бог памяти... Кирюшу, с которым вместе садился за парту на каждом уроке.

Вова Вертиховский был оторвой. Такой же невысокий, худющий паренек, пропахший сигаретами Winstone One, которые по его мнению были гораздо полезнее, чем Winston Light. Это приводило к тому, что он позволял себе выкуривать по 2 пачки в день, что, в свою очередь,  не приносило ущерба разве только его совести. Вова был весельчак, дамский угодник, столичный мальчик без столичного лоска и понтов, что несомненно импонировало и расслабляло. Вова обожал меня и мою соседку по парте Ирку. А еще Машу, двух Тань и Капитана Крюка (она же на последних курсах эволюционировала до Пивной Феи, хотя по паспорту все также звалась Кристиной).

Вертиховский очень быстро заимел прозвище Вертихвостика. Вова Павлов прозвищ не удостоился и был просто Вовой.
Но самое интересное было то, что оба Вовы имели склонность жмякать девочек. Вова Павлов обычно бесшумно подходил сзади и сцепливал руки поверх плеч своей жертвы , чуть ниже шеи. Объятия Вовы Павлова ощущались как холодные, твердые, слизкие, вызывающие оцепенение и ужас. Из них хотелось поскорее выбраться и отойти от Вовы желательно на расстояние другого населенного пункта. Никто не смеялся, хотя Вова однозначно хотел этим жестом всех развеселить. После Вовы хотелось почему-то побыть одной.

Вертиховский же жмякал не противно. Он жмякал всех и с юмором. Он иногда даже жмякал Павлова:) Его не останавливали ни наши визги, ни пощечины, ни любые другие средства коммуникации. Лишь однажды мне удалось предотвратить это шутливо-насильственное действие с участием моей персоны. Мы стояли  на крыльце общаги и курили (да, мама, я врала тебе все эти годы), когда Хвостику приспичило меня поцеловать. Уж не знаю, с чего вдруг появилось такое желание. Мы не состояли с ним  в каких- либо  отношениях и нас связывал лишь предстоящий экзамен по кормлению у одного и того же преподавателя. Так вот, зажав меня в своих  жилистых, но крепких руках, Хвостик начал приближать свое лицо к моему, в попытке соприкоснуться вытянутыми в трубочку губами до моего искривленного в ужасе рта. В руках моих был наполовину выкуренный Winston Light, что свидетельствовало о  полном пренебрежении к предупреждениям Минздрава и логики наименьшего зла. Где-то внутри головы  мой остервенелый мозг подал сигнал правой руке предотвратить насилие путем тушения сигареты о Вовин кожный покров. Хвостик вскрикнул:
-АЙ! Бл*ять! Валокардинова (у меня тоже был свой ник, ага), ты совсем еб*нутая?!! Бля*ть... истеричка,- Вова тер прижженное место возле брови.- Да ну тебя нафиг.... Больше никогда прикасаться не буду.

Что конечно же было неправдой, и уже через пару недель Хвостик снова начал распускать руки, хотя и более осторожно. Целовать меня он больше не пытался:)

Прикосновения бывают разными, и ощущаются они тоже по-разному. Не важно, нравится тебе человек или нет, его (или ее) прикосновения могут быть противны , а могут восприниматься совершенно нормально. Я, по правде сказать, редко когда могу наслаждаться объятиями не близких людей. Поэтому, если мы когда-нибудь встретимся, давайте просто кивнем друг другу и улыбнемся:)

Женская амбициозность

Я открыла для себя удивительный мир аудиокниг. Оказывается, это так же увлекательно, как и читать, только гораздо удобнее. Я  могу слушать книги по несколько часов в день. Тех самых часов, которые я не могла найти для того, чтобы почитать. Ведь я не могу читать, когда иду в университет, или готовлю ужин, или бегаю с Кирой. Зато теперь я могу слушать:)
Приложение, которое я использую, к сожалению (?) имеет лишь книги на английском и шведском. Я раньше боялась читать шведские книги, потому что думала, что недостаточный уровень языка испортит мне все удовольствие. Сейчас я думаю, что именно благодаря книгам на "сложном" шведском я вполне возможно обрету красивый мелодичный язык (хоть и с неискоренимым акцентом).


Collapse )

Люмен

5052738_7ba06db5
У него есть дом на окраине. И еще у него есть велосипед, старый велосипед облезлого голубого цвета с большим фонарем на руле. На велосипеде всегда висит пакет для пустых бутылок, которые он подбирает вдоль дороги или вытаскивает из мусорок. Он получает социальную помощь каждый месяц, но тратит ее только на самое необходимое. Он редко моется. Судя по запаху , "редко" можно смело приравнять к "никогда". У него есть брат, который ничего не может с этим поделать, потому что Люмен- немного больной головой. Он не пьет и никогда не пил, он слишком жаден для этого. Он слишком жаден для всего- старая одежда, впалые щеки, облезлый голубой велосипед. Он- как та коммунальная кошка- часть этой деревеньки, ее ежедневной размеренной суеты. Люмен сидит возле библиотеки, Люмен едет по трассе, Люмен входит в автобус, Люмен в магазине, Люмен у мусорки, Люмен, Люмен, Люмен... Он приедается и ты просто перестаешь обращать на него внимание. Но однажды...
Однажды ночью, возвращаясь от друзей из другого города, ты замечаешь мигающую аварийкой машину и синий облезлый велосипед посреди проезжей части. В стороне лежит человек, а вокруг стоят люди с озабоченным видом. Ты подходишь ближе, предчувствуя трагедию чужого человека, но потом понимаешь, что это Люмен там на земле, и никакой он тебе не чужой. Ты сидишь на корточках, прижимая его тело к асфальту, потому что Люмен пытается встать. Там где его голова касается дороги, виднеется кровь, а из его рта сочиться что-то розовое. Люмен вращает головой из стороны в сторону и по нему видно, что он ничего не соображает. Это продолжается долгих 20 минут. Если вы когда-нибудь видели человека вращающего головой из стороны в сторону 20 минут, вы наверное, можете себе это представить. Скорая помощь не держит на борту врачей, а Люмен не в состоянии ответить ни на один заданный ему вопрос. Он лишь мычит и пахнет. С двух сторон на дороге образовалась пробка. Все ждут вертолет, который заберет Люмена и отвезет в больницу в Гетеборге.
-Вертолет? Для Люмена?- спросит простоволосая белорусская девочка.
-Да, для Люмена. Потому что в Швеции все равны,- абсолютно без пафоса ответит Перра.
А потом Люмен пропал. И никто не знал, что с ним стало. И если честно, я думала, что Люмен умер.
А вчера я встретила его в магазине. Он засовывал бутылки в автомат и жутко пах. Он пах на три метра вокруг. А я шла мимо и улыбалась, потому что Люмен жив и продолжает дальше сходить с ума.
Мне нужны такие как Люмен. Люди вне системы, живые герои Кена Кизи, мечта писателя. Не знаю, встретить бомжа- как в церковь зайти: каждый раз задумываешься, как же все мимолетно.
Знаете, я из тех людей, которые очень любят комфорт, уверенность денег, свободу обеспеченности. Именно поэтому я с жадностью всматриваюсь и "вдумываюсь" в тех, кто живет в параллельных мирах, которые по всем законам геометрии с моим никогда не пересекутся:)
А как вы относитесь к бомжам?