katekarlsson (katekarlsson) wrote,
katekarlsson
katekarlsson

Category:

Немножко беремена. Немножко расистка.

Рабочая смена началась с кошмара всех подневольных людишек- слов начальницы "Зайдите ко мне,  нам нужно поговорить".
Прикрывая за собой дверь кабинета скользкими руками, я представляла крышку гроба, захлопывающуюся надо мной. Шеф предложила присесть.
-Катя, такая ситуация. Ты работала в четверг вечером вместе с Вирпи в 4м отделении. Лилли пожаловалась на то, что она не получила лекарств, и персонал был с ней недружелюбен. Ночная смена обнаружила в стаканчике ее таблетки, а в журнале стояла роспись, которую я не могу разобрать. Вроде похожа на Вирпи, но не знаю. Я бы хотела услышать твое видение ситуации.

Я охренела. В тот вечер я взяла с собой на работу Киру. Все старики были в восторге. Они кормили ее со стола, всячески тискали, а мы с Лилли живо обсуждали породы собак. Сиделки в нашем доме престарелых имеют право раздавать лекарства. Ну как имеют право. Сначала ты проходишь обучение, сдаешь письменный и практический экзамен, а потом медсестра делегирует тебе эти полномочия. У меня есть разрешение раздавать лекарства и колоть инсулин. Мне за это не доплачивают (хотя, наверное, должны), но мне как бы все равно. Мне просто это в кайф.
Раздача лекарств- дело внимательности. Каждый пациент имеет свое время приема и дозы, а также всякие капли, спреи, мази и прочие интересности. У одной бабушки по вечерам 4 вида глазных капель, которые задаются интервалом в 5 минут в определенном порядке. Т.е. чтобы мне ей дать все правильно, я должна потратить на нее минимум 20 минут. Наука не ахти какая, но все же.

Далее, раздача лекарств людям дементным в возрасте 65+ - это искусство. Лекарства нельзя просто дать. Нужно проследить, чтобы человек их выпил, а не: уронил, выплюнул в стакан, забыл принять, не проглотил.
Т.е. в ситуации с Лилли дать ей лекарства в стаканчике и уйти, равносильно не дать их вообще.

Ну да ладно. Шеф морщила нос, приговаривая "Нне, ну ты ж медсестра уже совсем скоро, ты так сделать не могла. Тем более за год работы ни одной ошибки, нее... Наверное, это Вирпи."
-Но тут такое дело,- продолжала она,- Лилли сказала, что с ней были недружелюбны и упомянула "эту иностранную девочку"...
Шеф посмотрела на меня исподлобья.

-Эээ....Ну, у Вирпи родители финны,- попыталась отшутиться я.
-Ну да, ну да, ну ты же понимаешь...
-Да-да, я гораздо больше иностранная, чем она, ясень пень. Но дело в том, что я не могла быть недружелюбной с Лилли, т.к. в ее комнату после 18.00 даже и не входила (лекарства она получила в восемь вечера- прим.).
-Ну ладно. В общем-то, у Лилли деменция, поэтому ее слова всерьез вот так сходу принимать я бы не стала. Да и она немножко расистка, так что...- полушутя сказала Малин-шеф.

-Немножко расистка?...- пробормотала я, пристукнутая пыльным мешком по голове. Мысли-скакуны сразу же унесли меня в дебри сознания: поезда с евреями, улыбки Лилли, почему-то Норвегия...

В конце концов, шеф отпустила меня с миром, сказав, что Вирпи скорее всего лешится права раздавать лекарства, и что пожалуйста, Катя, ты же останешься у нас на лето поработать!
Да-да, с удовольствием, дайте только картину мира восстановлю.

По пути домой представила тётю Алёну, которая после этой истории обязательно бы сказала злобно  что-то типа:
"Карга старая. Немножко расистка она, ишшшь ты!" А мама бы сказала спокойно и немножко с грустинкой: "Ну видишь... везде дураки есть. И в Швеции тоже." Брат бы начал кричать высоким голосом "В Нюрберг ее, эту старую клюшку! На кол!"
А я шла и пребывала в дурацком своем состоянии, когда не знаешь как реагировать. С одной стороны, она всего лишь больной человек. В ее голове все путается, и жить с этим нелегко. Но с другой стороны, деменция не меняет суть человека. С какой-то стороны, она дает ему больше права быть собой, чем любое самое либеральное воспитание.

Знаете, есть такой тест Implicit Social Attitudes, показывающий ваше неявное/скрытое отношение к различным социальным категориям граждан (толстым, старым, другого пола и т.д.). Я прошла тест на толстых/худых, и к своему собственному позору, тест показал, что я отношусь к 18% населения, которым свойственна легкая предвзятость по отношению к полным людям. Хотя я всеми правдами и неправдами вам тут восхищаюсь любыми формами и ратую за принятие своего тела. Мне стыдно было за этот результат. Даже не столько стыдно, сколько обидно за себя, что в моем подсознании сидит эта предвзятость и хоть ты ее щипцами вытаскивай. Мне обидно за себя, что я еще не свободна от этой мерзости- осуждения. Осуждения других. Осуждения себя.

Так и Лилли. Я вполне уверена, что она прожила свою сознательную часть жизни, даже не подозревая, что иммигранты ее пугают и ассоциируются с чем-то не очень хорошим. А потом пришла деменция, и механизмы сознательности полетели в тартарары. И именно поэтому, "вот эта иностранная девочка" в четверг вечером была с ней недружелюбной и не дала лекарств.

Знаете, чего захотелось? Стихов. Есть у вас стихи, такие, чтоб за душу?
Tags: пыльный мешок, сказки на ночь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 209 comments